В книге "История лейб-гвардии егерского полка за 100 лет. 1796-1896 гг.", написанной офицерами полка и изданной в Санкт - Петербурге в 1896 году, впервые упоминаются "смертные жетоны". Сообщается, что в 1877 году, когда полк готовился к отправке в Болгарию (русско-турецкая война 1877-1978 гг.), все солдаты и офицеры получили металлические жетоны со шнурком для ношения на шее. На жетонах выбивались литеры с названием полка, номером батальона, роты и личным номером военнослужащего. Делалось это для опознания убитых и раненых.Первым документом, реально подтверждающим появление специальных знаков для нижних чинов русской армии, стал проект устава внутренней службы, утвержденный Николаем II в сентябре 1902 года. Приказом по военному ведомству в этом же месяце проект был направлен в войска для испытаний, при этом отменялись ранее действовавшие уставы внутренней службы в пехоте и кавалерии. Всем войскам предписывалось в повседневной жизни руководствоваться положениями этого проекта до официального утверждения нового устава. Для всех нижних чинов в этот период были введены личные номера, устанавливаемые для каждой роты (эскадрона и батареи) особо и присваиваемые нижнему чину на все время его службы в этих частях. При переводах нижних чинов из одной роты в другую, номер в предыдущем месте службы освобождался, а там, куда он переводился, назначался один из свободных номеров. При прикомандировании сохранялся номер роты, где нижний чин числится. Появление личных номеров позволило урегулировать порядок увольнений нижних чинов. Для этого были введены специальные "увольнительные знаки". "Увольнительный жетон" представлял собой металлическую пластину произвольной формы. Размеры для знака предлагались от 1 до 1,5 кв. вершка. На знаке обозначались (выбивались) буквами и цифрами: номер роты (эскадрона) или название команды, номер и название части и личный номер нижнего чина, которому принадлежит знак.